Текст песни

Пришла июньская пора, Бурсаки, ушли на хутора. В пути искали провианты, И в песнях проявлялись их таланты. Заплутали трое бурсаков, Философ, ритор, богослов. Блуждали в поисках еды, А степь, скрывала их следы. С градом Киевом простились, Сбились ночью с верного пути. Их дороги расходились, А обратный путь им не найти. Затянуло мглою степи, Тучи застелили небеса. Всюду расстелились тени, Ночью ждут их чудеса. Вышли к хутору чужому, К месту дальнему, глухому. Там старуха приютила, И ночлег им разделила. Плясуна, философа Хому, Повела с собой во тьму. Он, в хлеву заночевал, Голод спать ему мешал. Дверь скрипучи отворилась, И старуха в хлев ввалилась. С прытью кошки залетела, На спине Хомы присела. Он, летел неистовым конём, Рада ведьма и сидит на нём. Бьёт его метлою по бокам, Тёмной ночью мчатся к облакам. И вот земли опору ощутив, Он, скинул с плеч её долой. На спину ведьмы он вскочил, Вцепился с силой удалой. Со страхом колотил поленом. Ведьма измоталась второпях. Осталась юность в теле тленном И мёртвою легла в глухих степях. Хоме, три ночи выпали на долю, В церкви дочку сотника отпеть. И исполнив, ведьмы злую волю, Вслед за нею быстро умереть. Луна на небосклон взошла, Свет тускло озаряли свечи. В гробу девица хороша, И ждёт прощальной речи. Он, очертил круги у алтаря, Читал страницы Псалтыря. А панночка в гробу кружила, И над Хомою ворожила. К утру, лишь протянула руки, И тусклый свет свечей потух. А со двора, раздались звуки, Вскричал пронзительно петух. Нечисть быстро с прытью унеслась, В чёрный гроб девица улеглась. Ждёт Хому другая ночь, Он в поля бежать не прочь. В бескрайние поля и дали, Развеет ветер там печали. А день поспешно вечереет, И долгий путь надежды греет. Вот пришла вторая ночь, Объяла церковь тишина. И вновь в гробу кружит она, Несёт заклятия слова. Стучала нечисть в окна, рамы, Их крылья бились о стекло. В душе Хомы остались раны. И время быстро истекло. К утру, со светом утренней зари, Она, философа собою извела. Кричали громко где-то петухи, И за чертою круга, снова не нашла. Хома покрылся сединой, С надеждой ожидал покой. Последней ночью похмелился, И в центре круга вновь молился. Ослепла юная девица, И просит Вия привести. В темноте кривые лица, И ему беды не отвести. А нечисть снова очумела, Раздался рядом волчий вой. Ползла она со стен и пола, Хома принял последний бой. Чёрной ратью налетели, Стены церкви заскрипели. Вий явился вслед за ними, С веками поросшими, густыми. Вот подняли Вию веки, Не забыть Хоме во веки. Посмотрел разок в глаза, И с душою пала горькая слеза. Свет его души совсем потух, И ещё раз прокричал петух. Нечисть в окна, двери понесло, Но увязли духи в них назло. О Хоме ходили слухи, Будто бы сожрали духи. Ведьма душу заточила, Свет души его пленила. И стоит, заброшена церквушка, Где-то там лежит старушка. Поросла снаружи бурьяном, Из былин в угаре пьяном и дурном.

О треке